Быстрая регистрация

Обычная регистрация

Войти на сайт

Забыли пароль?



Художник. Александр Мицник

Крупным планом. Художник Александр Мицник

Я пишу в будущее на многие годы.

Александр Мицник родился 13 августа 1957 года в селе Мутин Королевецкого района на Украине. В юности переехал в Екатеринбург, занимался в изостудии Дворца культуры железнодорожников, затем сам ее возглавил и по сей день учит желающих подружиться с карандашом и красками. С 1996 года член Союза художников России.

Я родился на Украине, в старинном селе. Там очень красиво, река, степь. Все лето надо работать в поле. А я творческий, искусство люблю - молодому хочется развиваться. И художник-оформитель в клубе мне говорит: езжай куда-нибудь, учись, что ты тут сидеть-то будешь? Спасибо ему, золотые слова. А у меня сестра старшая в Екатеринбурге жила, вот я к ней и приехал. 

Пришел в изостудию Юрия Киселева – это народная студия при ДК железнодорожников, существует с 1938 года. Здесь талантливейшие преподаватели, мой учитель – Юрий Кондратьевич Киселев, очень много мне дал. Вот он сидит, рисует, а я рядом стою – сердце замирает! Представляете, как это здорово! На глазах рождается произведение искусства. Ну и сам давай скорее творить. В окружении таких мастеров поневоле станешь художником.

Потом я в училище имени Шадра поступил. Правда, с третьего раза – то одно не сдам, то другое. Конкурс высокий был. Педагоги в училище еще из старой академии,  добросовестно рассказывали, все показывали, все бесплатно. Учились классно, нас по всей стране возили, по всем музеям. Выставку сделал – наградили, хорошую картину выставил на просмотре – наградили. Здорово! А после училища я пошел работать в педагогику, через некоторое время меня пригласили сюда руководителем. Я с удовольствием согласился. Так, с 1990 года работаю в этой студии.

Я не нарушаю тех традиций, которые заложили педагоги до меня. Прежде всего, это – искренность отдачи. Почему наша народная студия сохранилась с тридцать восьмого года? Я даже не знаю. Мы даем мощную, основную школу. И она сохранилась. С годами многие студии распались, а город Екатеринбург – нас как будто кто-то бережет.

Нашу студию знают. И те, кто ее прошел, очень благодарны. Многие студийцы стали известными художниками – Сергей Поляков, Коля Орешко, Ефремов Леша. Мы тут единомышленники: самому старшему восемьдесят у нас, самому младшему – где-то восемнадцать. Сюда, кто хочет, может прийти. Вот он пришел, тысячу в месяц заплатил в кассу и рисует, занимается. Иной раз приходит человек, хмурый, закрытый, не разговаривает. Стесняется всех. Потом ходит, рисует – и оттаивает как будто. У человека просто отдушина появилась. А когда его работу еще на выставке показали – он счастлив до беспамятства, он находит себя. Радуется и живет.  

Я люблю писать старую Украину, прошлых лет. Пейзажи в основном пишу по памяти. Уральский пейзаж с натуры пишу постоянно. Урал - это очень красиво. Леса фантастические! Я-то вырос в степях. А тут реки, горы, камни! Я так люблю лес, я постоянно работаю летом на пленэре, прихожу в лес и рисую там до беспамятства. Работать на природе - это очищение. Нельзя все время сидеть в мастерской.

Современный город мало пишу. Мало кто его пишет, и не покупает никто. Я если пишу какие-то старинные улочки – они глубже, трагичнее – это из ностальгии кто-то может взять. Сейчас хорошая полиграфия, ты рисуешь, а кто-то говорит: «Как хорошо получилось, прямо как на фотографии!» Не понимают, ничего не поделаешь. Это наша эпоха. Никто не интересуется глубинным искусством. Походите по улицам – сейчас везде торговые центры, аптеки, «Соболя»… а должны быть галереи.

Я считаю, надо сделать так: построил торговый центр – обязан там сделать отдел искусства. Построил хмарочос (небоскреб – прим. Ред.) – обязан вложить деньги в галерею.

Зарабатывание куска хлеба творчеством – это очень сложно. Мы в Союзе художников объединились, чтобы нам легче было. На собрания приходим, общаемся, делимся какой-то информацией. Выставку иной раз свою проведешь. Или собрались, поехали на пленер. Порисовали, поговорили – и жить хочется, дальше творить. Потому что художнику в мире трудно. У нас интересы другие и понимания нету.  Большинство художников – затворники. Они работают отдельно, к себе мало кого пускают. Многие даже, я вот знаю, мастерских не имеют.

Показать работу, сделать выставочный проект – это целый мир. Делается это не для того, чтобы художнику похлопали. Главная цель – чтобы работы купили. Чтобы художник на эти деньги мог жить и новые работы создавать. Ведь все, что он сотворил – остается здесь. Городу, стране.

Жизнь заставляет, конечно, приходится писать кучу заказных натюрмортов, пейзажей. Без этого нельзя. Принес работу в галерею – надо, чтобы она понравилась. Денежку за нее получил, пришел в мастерскую и пишешь уже серьезные произведения, для себя.

Если художник стоит только на коммерческих рельсах, и его рукой управляет толпа – это не художник. Пусть говорит, мол, меня покупают. Да, покупают, но как только он чуть пропадет из вида – его забудут.

Я себе пишу. Я пишу в будущее на многие годы. Когда картин много, ты уже не думаешь больше ни о чем, отдаешь все силы творчеству, больше ничем не интересуешься. И не разбрасываешь свой талант, это очень важно. А искусство – оно постепенно обретает ценность.

Некоторые, так получилось, устроились получше. Да, повезло. Но остальные-то куда? В любой стране мира всегда художнику нужно помогать, чтобы он творил. Кому-то родственники помогают, но большинству нет. Они считают, что художник должен бросить это все и пойти на завод зарабатывать. Я до сих пор приезжаю домой, а мне иной раз говорят: «Ну что, ты уже много нарисовал картин, теперь может нормальную работу найдешь?»

Вот в Америке есть такое искусство очень популярное, рисуют на домах. Потом даже плиты с этими рисунками вырезают и продают. Я никогда этого не понимал. Ну не понимаю я! Мы все туда тянемся, а зачем это нам? У нас свое! Россия – самая духовная, самая культурная страна в мире. У нас, конечно, есть свои перегибы, но все равно – это неисчерпаемый клад. Вы поедьте по области, там такие резцы по дереву, что уму непостижимо! Мы их даже не знаем, а они не знают, куда со своими произведениями податься.

Я чувствую боль, но не до конца ее понимаю. Мы ведь с вами говорим на разных языках. Такое чувство, что жмемся, боимся сказать вслух: «Да, мы никому не нужны!» У меня друзья, знакомые в центре живут, я говорю: «Здорово! Вы, наверное, в Оперный театр ходите?» - «Да что ты, ни разу не были!». Или спрашиваю коллег: «А вы знаете своих исторических уральских художников? Геннадий Сидорович Мосин, еще кто-то» - а они не знают. Или звоню на телевидение, зову на открытие своей выставки, они у меня спрашивают: «А там шоу будет?» Какое шоу, о чем вы говорите?

Одна моя знакомая открывала выставку в музее на Вайнера. Талантливая такая художница, натюрморты пишет. Народу – человека четыре-пять по выставке ходит. А вышли на Вайнера – толпы, с пивом, и так хочется крикнуть: «Люди! Ну это же чудо там! Ну зайдите, посмотрите!» Так  посидели с ней, поговорили, со слезами на глазах. Потом она работы собрала и уехала домой, рыдать неделю.

Екатеринбургу не хватает народного выставочного зала. У нас есть музеи, есть галереи, но это немного не то. Галереи частные: «что хочу, то выставляю». У них специфический заказ. Вот я прихожу, приношу работу: «Тут плохая погода, мы так всегда живем, что ты душу травишь?!» Надо романтический пейзаж: озеро, луна, костерчик, все хорошо. Интерьерная живопись.

Выставочный зал – это мечта нас всех. Художников, искусствоведов, всех творческих людей. Чтобы там было все, чтобы это был мощный центр культуры. Только представьте: приезжают из-за границы к нам художники со своими выставками – а мы туда, свое показывать! Тут выставка идет, а тут художник работает, все фотографируют. А здесь картину можно купить, репродукцию, плакат! Кто-то может стихи прочитать, кто-то сыграть на музыкальном инструменте. Выставки, мастер-классы, чтобы туда художники из области приезжали, молодые учились у профессионалов. Это, в первую очередь, нужно городу. Нам всем, нашим детям. Дети ведь вырастают – и уже не переделаешь их, все заложено с детства. А тут они видят, как художник пишет картину, им интересно, они тоже кисточку берут. Вот как все просто! И это фантастически, это уникально, у нас так должно быть!

Душа художника очень проста. Они бессребреники, очень открытые, все – для людей. Художник, по сути, пишет для себя, но все равно при этом работает для других. И его самого потом не будет, а его картина не сегодня – завтра станет достоянием всех.

Юлия Верховых, 30 июля 2014

Поставить оценку: 35 +


Поделиться с друзьями

Тоже почитай

Комментарии

На КультурМультуре принято подписывать свои комментарии. Чтобы оставить свой комментарий, Вам нужно войти на сайт под своим именем или зарегистрироваться у нас.

Новое


Давайте дружить

Подписывайся на страницы портала КультурМультур в социальных сетях, и первым узнавай о самых интересных культурмультурных событиях!

А ещё иногда мы отправляем нашим подписчикам клёвые письма с анонсами.

Есть что сказать?

Пришли нам это
наверх
Яндекс.Метрика